Вы слушаете Радио «МИР. Всем привет. Меня зовут Инна Фатеева. Сегодня у меня в гостях актриса театра «Современник». Актриса кино. Заслуженная артистка Российской Федерации — Алёна Бабенко. Здравствуйте, Алёна.
Здравствуйте.
Алён, скажите, пожалуйста, как вы попали в «Современник»? Это какой-то кастинг? Это какой-то долгий путь? Или другая история?
Это его величество случай, как я называю. Это не мой был план, это был чей-то план извне, потому что театр «Современник» у меня лежал в иконке «мечта». И осуществиться она или нет, я никак не могла себе представить, потому что после того, как я окончила ВГИК, и мы пошли показываться в театры, и я зашла со своим отрывком, как все в аудиторию, вот сделала Галина Борисовна, кто-то еще, я не помню кто. Не помню кто, потому что у каждого студента от страха глаза велики. Он пытается что-то показать, но совершенно не видит, кто его смотрит, естественно. И поэтому через десять секунд мне было сказано спасибо, до свидания, и я ушла. И подумала, навсегда ушла. Вот. С театром у меня категорически не складывались отношения никаким образом.
И это был тот случай, когда я просто пришла на спектакль «Три сестры» и зашла в ложу к Галине Борисовне, с которой мы были знакомы и единожды встречались на банкете фильма «Водитель для Веры», «шапочно» так, сидя за одним столом, улыбнулись друг с другом, познакомились и всё. И она вдруг сказала фразу, что она хочет видеть меня артисткой своего театра, во что я, конечно, тоже не поверила. Потому что, думаю «Спасибо, до свидания, мне уже это много раз говорили». Я, конечно, сделала вид, сказала: «О, спасибо, до свидания».
Но как серьёзное предложение я не восприняла. Поэтому то, что произошло ровно через два дня — звонок из «Современника» и приглашение сыграть Машу в «Трёх сёстрах». Сходу ввести спектакль, да, и через неделю его сыграть. Такую огромную роль, не имея никакого театрального опыта. Это, конечно, заслуга не моя, это Галина Борисовна, потому что у неё была такая вера в меня, я не знаю почему.
И она со мной репетировала, конечно же.
Сколько было дней на ввод? Пять?
Ну, так вот, чистых, наверное, пять. Я приехала и сразу попала в репетиционный зал. А там уже всё. Выградка стоит, артисты все приглашены. Оля Дроздова меня берет за ручку, начинает водить меня прямо по мизансценам. Естественно, я никакой текст не знаю, только успела прочитать. Я с этими бумажками, с книжкой, я уже не помню, с чем, хожу.
Это не вот называется, это называется влёт. А дальше нужно было скоропостижно всё это учить, мгновенно соображать, мгновенно чувствовать, учиться работать не с партнёром, который сидит рядом в кино, а с зрителем, говорить другим голосом.
Это вообще два разных мира?
Два разных мира совершенно, да. Так что вот так это случилось в моей жизни. Как-то у меня мгновенно сердце расположилось. Я, видимо, недаром любила этот театр. И мечтала. У меня было всего три театра, в которые мечтала попасть.
А ещё два?
Ленком и МХАТ. Вот было три театра у меня. Я не могу тогда сказать, куда я больше хотела попасть.
Просто три таких вершины.
Я могла бы в Ленкоме остаться, да, но не случилась эта история. Я как-то влюбилась в театр в одном моменте, но я не знаю. У меня сложились такие тёплые отношения не только с артистами, но и со всеми цехами.
По сей день это продолжается.
И получается, что театр — это как второй дом. Алёна Бабенко, актриса театра «Современник», сегодня в гостях в программе «Живой Интерес». Меня зовут Инна Фатеева. Скоро вернёмся.
На Радио «МИР» продолжается программа «Живой Интерес». Меня зовут Инна Фатеева. Сегодня у меня в гостях актриса театра и кино Алёна Бабенко. В кино у вас гораздо всё раньше началось. Фильм «Водитель для Веры» сразу как-то, мне кажется, о вас громко заявил.
Была же номинация на премию «Оскар», номинация «Лучший иностранный фильм».
Да, был такой случай, да. История такая была.
В этом году следили за Юрой Борисовым, болели, смотрели «Анору»?
Ну, да, смотрела «Анору», конечно, болела за наших. Я вообще очень рада за наших. Я не обсуждаю там, какие они актёры хорошие, плохие, нравится кому-то, не нравится. Ну, вообще, что они выскочили в какое-то другое пространство, где другой мир кино, всё немножко, наверное, по-другому. Я думаю, что меня сейчас вот так отправят туда, я бы там вот так раскрыла глаза и ходила, как, не знаю, я бы даже не поняла, что произошло.
Поэтому, да, я с удовольствием следила, и очень рада за наших актёров. Всегда радуюсь, когда они попадают в какие-то международные фестивали. Я сама получила приз на польском международном фестивале за роль второго плана в хорошем фильме «Фотограф», такой был. Он здесь, его никто не знает, но, к сожалению, я была занята на съёмках и не смогла приехать к ним, но, надо сказать, я получила и денежную премию. Как-то я вот почувствовала этот фестиваль, интерес ко мне. Мне было приятно.
Я хотела про ваш проект поговорить, в том числе и продюсерский. Вы там и играли роль, и как продюсер. Фильм «Мотылёк». Я посмотрела его недавно, на одном дыхании, если честно. И я стала копать, что за фильм, как появился. Актриса, которая играет… Ну, говорят же, детей нельзя переиграть. Можем сказать, что это шестилетняя девочка Марта, главная роль. И сейчас она уже большая звезда. Она уже получила предложение и в Голливуд, и всё такое. Но я могу сказать, и поправьте, если я не права, открыли её вы. Это её была первая большая роль в «Мотыльке».
В Большом кино, да, это её первая была роль. Ну, мы её и очень долго искали. Я не знаю, сколько мы детей посмотрели.
Ну, то есть, не одна сотня претендовала?
Нет, 500−600 детей было. Я не знаю, сколько мы посмотрели. Шестилетних девочек, вот друг за другом. Причём нет, удивительная история была в том, что мы как раз хотели более взрослую девочку, там 8−9 лет, которая выглядит на лет 6−7. Вот так. Потому что для кино это удобная история, чем взрослее ребёнок, тем он лучше понимает задачи, выполняет их чётко, потому что дети же неуправляемые, они не могут повторить каких-то вещей из дубля в дубль, могут заплакать, захныкать, у них заболит живот, к маме захотят, и так далее. Ну, в общем, всякие случаи. И из-за этого для детей даже закладывают целую неделю ещё лишнюю для съёмок на всякие случаи, вот на такие случаи.
Что касается Марты, это была уникальная история, потому что у меня в голове была одна фраза — «Ребенок, который останавливает время».
Глаза?
Нет, не только. И когда мы с Константином Павловичем Худяковым увидели Марту, и она прочитала стихотворение, мы взрослые, не только мы вдвоем, но и все, кто присутствовали на кастинге, вот так вот встали, и у нас после этого пауза. И мы даже сказать ничего не можем, на неё смотрим. Понимаешь, мы не можем оторвать глаз. И хотелось сказать: «А ещё раз что-нибудь, ещё прочитай!».
Она же ещё и в фильме читается стихотворение.
Спикер 1:
Да, совершенно, верно. И мне сказали, ну всё, ну всё, мы нашли ребёнка. Да, тем более она немножко должна была визуально как-то со мной тоже сочетаться, поскольку она там играет мою потерянную душу, я же свою душу встречаю. Поэтому как-то вот всё сошлось, и у неё уникальная мама, она сама балерина и дисциплина у балетных людей железная.
В такой же дисциплине она вырастила свою дочь. И поэтому с Мартой не было никаких проблем. Она знала весь текст роли до начала съемок. Она повторяла от дубля к дублю всё, что она делала. Она помнила, в какой момент, на каком слове она должна повернуться, как посмотреть, опустить головку, какая у неё интонация, где она поднимает голову и так далее, отворачивается, что-то почёсывает. А нам даже не надо было ничего делать, даже замечаний, собственно говоря, ну, какие-то нюансы надо было сделать.
Я не понимаю, что это за ребенок такой особенный был. И она стала той звездой, которой она сейчас является. Она трудоголик абсолютный, замечательная девочка.
Вы с детьми работали ещё и на «Каникулах строгого режима». Ну, там другие дети. Этот фильм, многими любимый, пионерский лагерь. Там сложности были какие-то?
Когда-то у меня после девятого класса, по-моему, была подработка в детском лагере у себя в Кемерово.
Вот так же вожатой?
Ну, вожатой, да. Поэтому я знала, в общем-то, что с ними делать. И примерно этот же возраст у меня был таких взросленьких детей. Поэтому я всё время была на чеку. Я знаю, что вожатая должна быть все время на чеку.
Вы сами в детстве ездили в пионерский лагерь?
Да, ездила. Терпеть не могла. Я просилась обратно уже через 2 недели, хотелось домой.
Надеюсь, сейчас вам домой не хочется, не расходимся. Берём небольшую паузу, антракт, а потом возвращаемся в студию Радио «МИР» вместе с Алёной Бабенко.
Вы продолжаете слушать Радио «МИР». Сегодня гостья программы «Живой Интерес» актриса театра и кино Алёна Бабенко. Я хочу спросить, как вас вообще внесло, влетели вы в искусство, кино, театр, участь на факультете со сложным математическим названием. Кибернетика и математика. Как это?
Просто, когда я собиралась быть артисткой, хотела после 10-го класса ей быть, говорила об этом с родителями, они, конечно, меня отговорили от этой рискованной затеи. Я бы так сказала. Поехать в Москву, из Кемерово, куда-то там. Ну, не поступишь, скорее всего, там не получится, там огромный конкурс и так далее. А то это была правда, собственно говоря, и средства были ограничены. Ну, и я согласилась на математику, потому что она шла у меня хорошо, легко.
Я не жалею, потому что у нас действительно были волшебные педагоги, которые мне математику объясняли, соединяли с жизнью, как-то умудрялись. И я начинала понимать, что такое вот формулы, как они применяются, что ли. Я не знаю, как это у меня мозг складывается.
Но вот это самое главное, почему многие, может быть, не любят точной науки в школе. Зачем это всё надо? Зачем мне эти тангенсы, котангенсы и квадратные корни в жизни? А если у вас были такие педагоги, конечно, повезло.
Ну, у меня просто, видимо, математический, логический склад ума, поэтому мне не сложно было это понять.
А рассказы из пяти слов? Пишутся? Я вот даже назову пять слов. Вода, мысль, крот, соль, мука. Я сегодня прочитала историю про мальчика в вашем телеграм-канале. Как раз с этих слов она началась, вы эти слова сначала вывели, и потом дальше вот пошло.
Это хорошая штука на развитие фантазии. У меня иногда получаются сказки, иногда короткометражки, вот как в этом случае короткометражка, да. Тут задача интересная именно с утра их писать на свежую голову и ни в коем случае не придумывать никакого сюжета. То есть, ты пишешь подряд пять слов, которые выскакивают у тебя в голове и по порядку использования этих слов ты начинаешь писать рассказ. Удивительным образом у тебя появляется сюжет. Сначала слова. И ты начинаешь писать. И в результате ты приходишь к какому-то складному рассказу.
А сегодня с утра пять слов каких-то в голове?
Нет, сегодня не было. Я не всегда это делаю. У меня бывает период, например, я это делаю, потом я бросаюсь. Сейчас у меня другой период. Сейчас я вечером пишу, например, вспоминаю день и вспоминаю какой-нибудь один или пару моментов, которые затронули моё сердце. Вот когда, вы знаете, сердце так… ахнуло! И оказалось, что это очень трудно сделать.
А вот последний раз, что это было?
Я вспоминала, вспоминала, думаю, день был богатый вроде на события, на встречи. И тут я вспоминаю, что я выхожу из дома, и около шлагбаума стоит таксист. И он стоит не поперёк около шлагбаума как-нибудь, чтобы никому не проехать, не пройти, а сбоку аккуратненько вот так припарковался, как интеллигентнейший человек. И я захожу, я понимаю, что у меня сердце ахнуло. Я говорю: «Здравствуйте. Вы знаете, я так вам благодарна, что вы так встали. Вы первый человек в моей жизни, таксист, который вот так аккуратненько, думая о других людях, встал сбоку. И всем можно проехать, выехать, заехать». Вот я сейчас говорю, у меня мурашки.
Он обалдел от этих слов?
Да. Он говорит: «А я так всегда делаю». Вы знаете, а я вот первый раз вижу такого таксиста за столько лет, который вот так подумал о других людях. Потому что, как правило, всегда ты приезжаешь, вот так стоит. Мало того, он еще стоит, разговаривает по телефону, ему все равно, кто въезжает, кто заезжает. Вот я такой случай записала, например. Совершенно шокирующе.
Какая вы наблюдательная и впечатлительная. Алёна Бабенко сегодня гостья программы «Живой Интерес». Мы продолжим наш разговор буквально через 3 минуты.
Алёна Бабенко, актриса театра и кино, сегодня в гостях на Радио «МИР». Вот такой коротенький блиц-опрос: немного быта. У вас собака.
Да.
Это шпиц.
Беллочка.
Она Белка или Белка?
Она Белла. Она названа не зря так. Когда она у меня появилась, мы думали, как её назвать. И мой муж сказал: «Надо как-то её по-театральному назвать». А я говорю: «Давай Белла». Я на тот момент сыграла, незадолго до этого, в фильме «Мозгаз», серия называлась «Катран». Мою героиню звали Белла. И всё сошлось. А Белла по-итальянски красивая. Она была такая красивая.
Такая она у вас холёная. У вас какие-то у неё там очки. Она путешествует с вами, насколько я понимаю.
Да, она путешественница. Ей было 4 месяца, когда она появилась. У меня до этого были кошки, я ничего не знала про собак. А через день мне нужно было улетать в три города. Каждый день менялись города. Это были гастроли. Три разных театра, три разные гостиницы. Это перелёт на самолете, это переезд 500 километров на машине. Это поезд ночной. И я вынуждена была её взять с собой.
То есть Бэлла сразу познала тяготы и лишения актёрской профессии.
И она прекрасно себя вела. Всё было прекрасно. Всё она перенесла. Нигде её не тошнило. Всё она делала, как настоящая собака. Я поняла, что она мой человек, она мой путешественник. У неё прозвище — «Белла-Балерина», потому что ножки у неё по первой позиции, так природно. Она мой человек, абсолютно.
Ещё вопрос. Коньки. Часто ли выходите на лёд вот так для себя? Видела в этом году вас на московских сезонах в образе, ну или Барбары Стрейдзент из «Смешной девчонки», или «Карнавал»?
Нет, это был фильм «Карнавал». Это была абсолютная авантюра, я вам скажу. Это только я могу так любить коньки. Мы были в поездке с мужем. Моя подруга Маша Орлова — она тренер, работает с Ильей Авербухом. Давно и мы с ней дружны, я крестная мама её сына. И у них «Народный Ледниковый Период». Она мне звонит: «Срочно завтра сможешь?». И вот мы прилетели из жаркой страны, я бегу на лёд ночью, потому что меня весь день занят. В 10 часов вечера я на льду. За два часа мы делаем этот номер. На следующий день я выступаю. Минус 10 на улице, никакой акклиматизации, ничего!
Ещё мое счастье было встрече с Натальей Линичук, которая пришла к нам один раз в театр на спектакль «Осенняя соната». Мы с ней познакомились. Конечно, я не могла с ней разговаривать о фигурном катании. Конечно, она мне подарила бесплатную тренировку. Я приехала тут же к ней на лёд. Потом мы с ней созвонились. Она пригласила меня ещё на одну тренировку. Я каталась с молодым партнёром, которому 17 лет, в паре. Мы делали задания, выполняли. Два часа я была на льду. Я думала, сдохну, умру, у меня болело всё. Но это было огромное счастье.
Но вы с детства катались на катке?
В детстве я ходила, как все на каток. Я жила напротив стадиона «Химик» в Кемерово. Поэтому это было нормально по вечерам ходить на каток. Я просто любила. И единственное, что меня держит от того, чтобы не заниматься активнее этим видом спорта — это моя профессия, в которой я не имею права сломать руку, ногу, палец, удариться лицом и так далее, и так далее. И поэтому я себя берегу. Я всё время себя ловлю на этой мысли, поэтому не делаю некоторые вещи, которые мне хочется попробовать сделать, но я просто опасаюсь.
У плиты постоять любите?
Нет.
Все, вопрос снят. Но другие вопросы остались. Мы берём небольшую паузу, а потом продолжим программу «Живой Интерес» на «Радио Мир» вместе с Алёной Бабенко.
Мы продолжаем наш интересный разговор с актрисой театра и кино Алёной Бабенко. Есть ещё одна очень важная тема, на которую я обязательно хотела бы поговорить. Очень хочу спросить вас про работу с Эльдаром Рязановым.
Обожаю его ужасно, люблю. Это счастье моей встречи с ним, это невероятная штука. Никак не могу определения найти вот этим нашим взаимоотношениям, потому что они столько уникальные. Всегда хочу его как-то назвать. Он какой-то для меня великан, потому что первая встреча наша произошла. Я не могу подобрать этот образ. Наверное, что-то надо про это написать. Может быть, мне где-то надо высказаться опять, не знаю, в какой-то короткометражке рассказать эту историю. Мы встретились на «Мосфильме». Я там с трясущимися руками, ногами, как всегда, иду.
Вы шли на пробы к нему?
Ну, на встречу, скажем так. Он меня не пробовал.
Мы говорим про фильм «Андерсен. Жизнь без любви».
Да. Япришла и меня посадили в какую-то комнатку. Как сейчас помню, такая же, как мы сейчас с вами сидим в студии — у нас залито все светом. Я его там ждала. Распахнулась дверь, он внёсся! Мне кажется моё творческое мышление рисует картину что как будто был ветер и вот у него этот его пиджак трепыхался. Он шел такими большими шагами. Для меня время замедлилось. Комнатка маленькая, до меня два шага, а у тебя ощущение slow motion, как будто он идёт и ты видишь вот эту картину. Как его глаза смотрят. Кака жизнь перед глазами пронеслась в одну секунду. Как протягивается его огромная рука: «Привет, Бабенко!». Моя рука утопает в его огромный ладони, она мягкая, окутывает всю мою ладонь.
Он садится напротив меня. И дальше ты уже не помнишь, о чём мы говорили. Но он мне говорит: «Предлагаю тебе роль». И всё. И без всяких проб, без всего, просто. Раз: «Я беру тебя с собой в путешествие». Он меня взял в свое путешествие. Он взял меня на руки, он меня закутал. И, конечно, мне просто хотелось отдать всё. И в фильме, и везде, и в жизни. И у нас были не только профессиональные отношения. Я все-таки в двух фильмах потом снялась, во втором фильме у него. Но мы созванивались, и мы хохотали, как дети, потому что с ним невозможно не хохотать. Я всегда мечтала приехать к нему на дачу, где он жил в доме. Он меня приглашал, но никогда этого не случилось. Мне так жалко, что этого не случилось.
Всё на потом? Времени нет?
Да, всё на потом, как всегда. Ну, ты как-то думаешь, ну, неудобно. Ну, ты тоже работаешь, ты тоже занят. Думаешь, ну, как-нибудь. А как-нибудь не бывает.
Но это было в вашей жизни. Это навсегда.
И всё, что я ему предлагала в роли сделать — он всегда это внимательно слушал. Очень часто соглашался. И очень часто позволял и все таскал меня к монитору. Вот этого я терпеть не могла. Вот единственное, что терпеть не могла.
А зачем он таскал к монитору?
Он меня называл «Моя Бабёнка». Вот так он придумал, что я его Бабёнка. Его прекрасная жена, она тоже смеялась над этим. Мы все смеялись, веселились. И он каждый раз: «Пойдём смотреть монитор». Ну, то есть он разрешал. Есть режиссеры, которые «Мне нравится, когда артисты смотрят монитор, дубли». Есть режиссеры, которые не против этого. А мне не нравится смотреть в монитор.
То есть вас не надо туда?
Я не люблю этого делать. Не любила, не люблю и, видимо, любить не буду. Если только мне не приведет режиссер специально показать какие-то вещи, допустим. И он меня таскал. И я каждый раз, помню, приходила, я делала вид, что я смотрю, а сама смотрела поверх монитора. И он: «Ха-ха, тебе нравится?». Я говорю: «Да!». Как я скажу, да, мне нравится. Это же не я, он главный. Ну вот он меня как-то… Он выбирал песни со мной к своему фильму. До съемочного периода приходили композиторы, приносили ему песни. Он говорит: «Ну как тебе?». Я нагло могла сказать: «Мне кажется, что это не совсем та». Ну, что-то такое. Я подбирала какие-то слова вежливые. Хотя внутри мне категорически не нравилась песня. Вот совсем. Ну, я же не могла сказать. Это же творческие люди. Их всегда можно обидеть.
Так что вот он меня внедрял во все процессы. А самое прекрасное, что у меня от него осталось на память, в фильме «Карнавальная ночь 2» у меня был номер с куклой, где я была Чаплин. Но этот номер не вошел в телеверсию. Потом я пыталась понять, почему. Потому что мы репетировали, мне было обидно, но мне кто-то сказал: «Он не мог на тебя смотреть как-то в другом образе, ты у него была девушка. Девушкой ты должна быть». Хотя номер у меня был отличный, надо сказать.
Ну, значит, он как-то очень трепетно к вам относился.
Не знаю, может быть, ещё по какой-то другой причине, может, меня как-то хотели успокоить, но поскольку мне жалко было, что я была Чаплином, которого никто никогда не увидит, я попросила его смонтировать для меня этот номер. И вот он у меня лежит на диске, этот номер, с автографом, с приятными словами: «Моей любимой Бабенке от Эльдара Александровича Рязанова».
Бесценно?
Да, бесценно. Это вот такая вот крошечка от него любви.
Как вы говорите про Эльдара Рязанова, вам сложно сказать, мне что-то очень хочется сказать, такое искреннее, честное, поэтому всегда получается сумбурное. Настоящая, естественная, живая Алена Бабенко сегодня у нас в гостях. Спасибо вам за то, что нашли время в этом сумасшедшем графике.
Спасибо и вам, что не забываете, приглашаете. С удовольствием с вами пообщалась. Спасибо за вопросы.
Спасибо большое. Меня зовут Инна Фатеева. Счастливо!
